Розрубана свічаТільки патріотом мусиш бути, Землю, як зіницю, берегти. Разом з Україною мужніти Совістю і серцем їй служить.
Володимир МАТВІЄНКО
11 листопада 1860 року у селі Гаворонці Полтавської губернії у заможній та знатній сім’ї Башкирцевих народилася дівчинка – Марія. Ніхто не знав тоді, яким багатством таланту нагородила її доля. Ніхто не знав, як мало буде в неї часу, аби розкрити та показати його світові...
Она стала первым русским художником, чьи работы приобрел Лувр, и оставила после себя 150 картин, 200 рисунков, многочисленные акварели. Во Франции, Голландии, Англии прошли ее посмертные выставки. Дневник, опубликованный во Франции спустя три года после ее кончины, вскоре перевели на все европейские языки, а затем издали в Америке. В России, начиная с 1893 года, он трижды выходил в свет. Марина Цветаева посвятила «блестящей памяти» художницы ранний сборник стихов «Вечерний альбом».
Вечерний дым над городом возник, Куда-то вдаль покорно шли вагоны. Вдруг промелькнул, прозрачней анемоны, В одном из окон полудетский лик...
Совсем скоро исполнится 200 лет со дня рождения Николая Гоголя, и все эти годы не утихают жаркие споры о месте, роли, значении и принадлежности творчества этого выдающегося художника слова. Людям, глубоко увлеченным личностью Гоголя, литературой, да и просто Украиной и украинцами, рекомендую съездить на родину писателя — в полтавский край и открыть для себя множество новых фактов и впечатлений.
Как будете, господа, ехать ко мне, то прямехонько берите путь по столбовой дороге на Диканьку. Про Диканьку же, думаю, вы наслышались вдоволь. И то сказать, что там дом почище какого-нибудь пасичникова куреня. А про сад и говорить нечего: в Петербурге вашем, верно, не сыщете такого. Н. В. Гоголь, «Вечера на хуторе близ Диканьки»
И вот Гоголь с Арнольди в дороге. На протяжении пути Николай Васильевич не расставался со своим драгоценным портфелем. В тарантасе он всегда был при нем, и на постоялых дворах тоже не расставался с ним. На подъезде к Малоярославцу случилось досадное происшествие: сломался тарантас. Но на счастье путешественников, мимо проезжал городничий, который дал указание, отремонтировать колесо как можно скорее. Узнав, что среди пострадавших был сам Гоголь, городничий не замедлил поздравить писателя с тем, насколько удачно ему удалось показать административные изъяны. Не было и следа обиды на автора. И Гоголь сразу воспользовался этим новым знакомством и буквально впился в своего собеседника как пиявка. Его интересовало все: коллеги городничего, местные помещики, торговцы… «Допрос» закончился с окончанием ремонта. Надо было ехать дальше. Но на ближайшем же постоялом дворе Николай Васильевич с тетрадкой в руках стал расспрашивать полового и других слуг в трактире. Обитатели здешних мест, их кулинарные пристрастия, последние сплетни – все перекочевывало в его тетрадь. Это был тот материал, который он ждал от друзей и который никто ему не предоставил. Так они добрались до имения Смирновых. Побыв там несколько дней, компания перебралась в Калугу.
Смирнова была не единственной кающейся грешницей, которую Гоголь желал опекать. В то время в Ницце проживала графиня Луиза Карловна Вильегорская с дочерьми. Для этого семейства Гоголь был не только знаменитым писателем, но и духовным наставником, к которому всегда можно было обратиться. Для него же наиболее привлекательной из всех дам была восемнадцатилетняя Анна, малышка Нози, прекрасная и наивная, таинственным образом дополняющая его лучшую ученицу А.О. Смирнову. Все чаще Николая Васильевича посещала мысль о том, что, возможно, его предназначение быть не писателем, а наставлять современников на путь истинный. Для других у него были рецепты на все случаи жизни. Так своим друзьям Аксакову, Шевыреву и Погодину он порекомендовал каждый день, отложив все свои дела, по часу читать «Подражание Христу» Фомы Кемпийского, а потом размышлять о прочитанном. Причем делать это лучше всего после «чаю или кофею», чтобы уже ничто не отвлекало от мыслей. При этом книжку он так и не послал, зато дал указание Шевыреву купить четыре экземпляра во французском книжном магазине и раздать всем, кто получил соответствующее наставление. Заплатить за это удовольствие Шевырев должен был, естественно, из своего кармана, но Гоголь считал, что именно он сделал друзьям такой важный подарок на Новый год. Друзья в очередной раз не оценили благих намерений писателя. Аксаков, долго борясь со своим гневом, все-таки через три месяца ответил: «Мне 53 года. Я тогда читал Фому Кемпийского, когда вы ещё не родились… И вдруг вы меня сажаете, как мальчика, за чтение <…> нисколько не знав моих убеждений, да еще как? в узаконенное время, после кофею, и разделяя чтение на главы, как уроки… И смешно, и досадно…» Но Гоголя подобная реакция нисколько не смутила. Он продолжал делать то, что считал нужным. Он не поленился и составил для Вильегорских нечто вроде духовного руководства («Правила жития в мире» и «О тех душевных расположениях и недостатках наших, которые производят в нас смущение и мешают нам пребывать в спокойном состоянии»).
Гоголь был поражен. Его не интересовали сплетни и разговоры вокруг дуэли. Его потряс итог: мир остался без Пушкина, и сам он остался без Пушкина. Он писал друзьям: «Мне дорого было его вечное и непреложное слово. Ничто не предпринимал, ничего не писал я без его совета. Все, что есть у меня хорошего, всем этим я обязан ему. И теперешний труд мой есть его создание». Насколько искренни были слова Гоголя – трудно сказать. Ведь друзьями они с Пушкиным никогда не были. Но писатель очень ценил Александра Сергеевича как поэта и старшего наставника, который, не навязывая своей точки зрения, помогал ему становиться собой. И вот прерванная на какое-то время работа над «Мертвыми душами» возобновилась с новой силой.
К концу июня 1832 года уставший от недостатка солнца Гоголь просит об отпуске и собирается на Украину. По пути он заезжает в Москву, в город, который всегда очень любил. Здесь его ждут и встречают очень дружелюбно. М.П. Погодин, С.Т.Аксаков, М.Н.Загоскин – все желают видеть его у себя в доме и общаться с ним. Но Гоголь ведет себя не очень приветливо, и оставляет странное впечатление о себе. В эту поездку он знакомится с М.С.Щепкиным и обещает ему написать что-нибудь для театра. И ведь сдержит свое обещание. Одним словом, в Васильевку он отправляется в благодушном настроении и благодарный столице. В июле он приезжает домой. Мать, бабушка и четыре сестры встречают его очень тепло, усиленно кормят, не забывая при этом сообщать и о финансовых трудностях. Николая Васильевича все это огорчает и раздражает. Он мечтает продать второе издание «Вечеров» и тем самым поправить положение. В Васильевке Гоголь отсыпается, много читает, периодически, охваченный творческим порывом, разукрашивает гостиную или столовую всякими букетиками. Любит также ходить гулять в поисках сюжетов для новых рассказов. В разговорах с маменькой хвастается своими знакомствами со знаменитостями – Пушкиным, Жуковским Крыловым. Обещает устроить сестер в Смольный. Как мы увидим позже, это обещание дорого обойдется ему. И вот 29 сентября, взяв под свою опеку двух младших сестер, Гоголь отправляется обратно. Прибыв в Санкт-Петербург, он тут же отправляется в Институт, чтобы внести сестер в список воспитанниц. Но директриса встречает его неласково. Во-первых, где он изволил пропадать четыре месяца и почему не подавал признаков жизни. Во-вторых, в институте учатся только офицерские дочери.
В каких семьях рождаются гении? С одной стороны, можно сказать, что родители Гоголя были вполне обычные люди – добрые, набожные, в меру образованные, любили друг друга и жили в мире и согласии. А с другой стороны, они были совершенно необыкновенные люди! Поэтому подробный рассказ о жизни Николая Васильевича мы должны начать издалека, задолго до его рождения.
В.А.Гоголь-Яновский, отец писателя
В.А.Гоголь-Яновский, отец писателя Итак, Василий Афанасьевич Гоголь-Яновский, отец писателя, происходил из старинного украинского рода. Один из его предков, Остап Гоголь, прославился как казачий атаман. Прадед и дед Н.В.Гоголя были священниками, поэтому Василий Афанасьевич, согласно семейной традиции, обучался в Полтавской семинарии, однако затем выбрал мирскую карьеру. Проработав некоторое время по почтовому ведомству, он вышел в отставку коллежским асессором и удалился в имение в Васильевке, чтобы помогать родителям вести хозяйство. По складу характеру он был необычайно мечтательным и, видимо, несколько сентиментальным. Всюду в саду он обустраивал маленькие беседки, шалашики, аллеи в парке носили поэтические названия. Особенным покровительством Василия Афанасьевича пользовались птицы. Так, стирать бельё в пруду крестьянам было запрещено, так как шум колотушек, которыми это самое бельё отбивали, мог потревожить голубей и соловьёв. Сам же барин писал стихи и пьесы, любил читать и знал латынь...
«Обо мне много толковали, разбирая кое-какие мои стороны, но главного существа моего не определили. Его слышал один только Пушкин. Он мне говорил всегда, что еще ни у одного писателя не было этого дара выставлять так ярко пошлость жизни, уметь очертить в такой силе пошлость пошлого человека, чтобы вся та мелочь, которая ускользает от глаз, мелькнула бы крупно в глаза всем. Вот мое главное свойство, одному мне принадлежащее, и которого точно нет у других писателей», - так Гоголь объяснял свою главную творческую задачу в «Выбранных местах из переписки с друзьями». Казалось бы, зачем объясняться признанному гению? Причины для объяснений у него были и, как он предвидел, - будут. Если отвлечься от «мировых вопросов», можно вспомнить, что малороссы не могли простить Гоголю отступничества, великороссы упрекали, что лучшая, поэтическая часть его души осталась «на хуторе близ Диканьки», а в России он увидел только Хлестаковых, Ноздревых, Плюшкиных и Маниловых...
